Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: esquire (список заголовков)
00:36 

Убить в себе страх показаться кому-то смешной или нелепой - вот чего я хочу больше всего на свете.

Требовать можно только у себя. У остальных нужно просить.

© Шарлотта Генсбур, актриса, музыкант, 38 лет, Париж. Esquire, декабрь 2009


@темы: esquire, Шарлотта Генсбур

00:35 

Если мужчина способен меня рассмешить, он уже на полпути к моему сердцу.

Меня не впечатляет «Оскар». Я не ищу признания у киноакадемиков. Я ищу его у своей матери. И это, конечно, во мне говорит маленькая девочка, которая сидит глубоко внутри меня и, кажется, никогда не вырастет.

Никогда не отказывалась от вечеринок журнала Vanity Fair.

Каждый раз, когда я наряжаюсь для какого-то события, своим нарядом я хочу сказать: вот как я сейчас себя чувствую. Например, сегодня я чувствую себя русской проституткой. Хотя, конечно, это было уже довольно давно. Я нацепила на себя топ от Стеллы Маккартни, который был весь утыкан перьями, у меня был черный макияж вокруг глаз и свисающие пряди волос. Когда я уже собиралась выходить, мама сказала: «Такой топ никуда не годится». Но что тут сделаешь, если в тот момент я хотела быть русской проституткой.

Да, я снялась в «Детях кукурузы-4». Но работа порождает работу – вот мой девиз.

Кажется, я притягиваю мудаков.

© Наоми Уоттс, актриса, 41 год, Лос-Анджелес. Esquire, декабрь 2009


@темы: esquire, Наоми Уоттс

00:28 

Сейчас, после смерти Хита, я вдруг поняла, что печаль – это как горная река. Она постоянно изменяется, каждое мгновение являясь тебе в каком-то новом виде.
© Мишель Уильямс, актриса, 29 лет, Нью-Йорк. Esquire, декабрь 2009


@темы: esquire, Мишель Уильямс

00:25 

У меня прекрасные взаимоотношения с вином. Мы вместе уже 10 лет, и мы прекрасно понимаем друг друга.

В мужчинах мне нравится ум. Если помимо блестящего ума мужчина готов предложить мне ужин с устрицами – мне это, пожалуй, понравиться гораздо больше.

Я хочу быть выносливой, я хочу быть стойкой, я хочу всегда оставаться в форме и, кажется, я хочу записаться в спортзал. Но, просыпаясь каждое утро, я все равно веду себя как Мардж Симпсон и при этом похожа на кого-то из Гремлинов.

Я курю, и мне нравится это. Мне кажется, что чем легче ты относишься к курению, тем меньше вреда оно тебе наносит.

© Сиенна Миллер, актриса, модель, 28 лет, Нью-Йорк. Esquire, декабрь 2009


@темы: esquire, Сиенна Миллер

00:18 

Мне хочется верить, что я прошла через модельный бизнес, не запачкавшись. Просто прошла насквозь, познакомилась с хорошими людьми, взяла причитающиеся мне деньги и пошла дальше.

Я уважаю тех женщин, кто, овдовев, хранят вечную память по ушедшим мужьям.

© Инес Састр, актриса, модель, 36 лет, Лондон. Esquire, декабрь 2009


@темы: esquire, Инес Састр

00:13 

Если ты летишь вниз с высоченной лестницы, ломая себе ребра и шейные позвонки, старайся думать о том, что со стороны это должно выглядеть довольно комично.

Интуиция – неплохая штука. Но все же в ней есть что-то от проститутки. Она так же легко может вас обмануть.

С помощью Бога и нескольких людей всегда можно сделать чуть больше, чем с помощью Бога.

Мир, в котором я работаю, очень странный, и "доверие" – это слово, которое здесь даже из словарей вычёркивают.

Мне нравится, когда дети быстро взрослеют. Взрослея, они начинают сами принимать важные решения – где им нужен пирсинг и всё такое – и тем самым избавляют меня от необходимости принимать эти решения за них, а также надоедать им своими запретами.

Вырастить достойное человеческое существо – вот самая сложная работа на этой планете.

© Ким Бейсингер, актриса, 56 лет, Лос-Анджелес. Esquire, декабрь 2009


@темы: Ким Бейсингер, esquire

20:15 

Самый страшный грех – быть скучным. И еще - позволять другим указывать, что тебе делать.

Я играю дурочку, как Джессика Симпсон. Но мы отлично знаем, что делаем. Мы умные блондинки.

Мы ведём две войны, экономика рушится, миллионы людей ложатся спать голодными, и миллионы умирают от голода, геноцида, военных конфликтов и эпидемии СПИДа. Мы катастрофически засрали окружающую среду. Я не скажу, за кого голосовала, но он – афроамериканец.

В загробной жизни мне снова будет 25 лет, и я буду тусоваться. По крайней мере, я на это надеюсь. Если во что-то очень верить, это обязательно произойдёт.

Если моих детей будут донимать папарации, я посоветую им не обращать слишком много внимания и не делать никаких глупостей - например, не показывать средний палец. От этого хуже выглядишь, а фотографы за такие снимки больше получают.

В детстве я хотела стать ветеринаром. Но потом поняла, что придется усыплять животных, и решила, что лучше я просто куплю всех этих животный и поселю их у себя в доме.

© Пэрис Хилтон, девушка, 27 лет, Голливуд. Esquire, февраль 2009.


@темы: esquire, Пэрис Хилтон

19:59 

Всегда находятся люди, готовые передрать твои фильмы, поскольку сами ничего не могут выдумать. “Вау, “Семь” – это о разложении. Это приносит бабки”. Я не хочу сказать, что снял шедевр, но я хотя бы не лишён вкуса.

Мне хочется делать кино, которое бы действовало на зрителя так, как я задумывал. А не кино, на которое дрочили бы серийные убийцы.

Не уверен, что кино должно развлекать. Мне интереснее кино, которое ранит. Я люблю “Челюсти” за то, что с 1975 года не купаюсь в океане.

Я уверен, что некоторые люди снимаются в кино, только чтобы получать в ресторанах столики получше.

В нашем районе киноиндустрию никогда не воспринимали как что-то недосягаемое. Чувак, живший через дом от нас и каждый день выходивший в халате за газетой, был Джорджем Лукасом.

Для актёров у меня простые правила: приходи, выучив текст. Я не против дискуссий, для чего это нужно или какова драматическая композиция сцены, с тем, кто сделал домашнее задание. Но не с тем, кто просто мучается от похмелья.

Я в ответе за то, как я заставляю зрителей себя чувствовать, и мне хочется, чтобы они чувствовали себя неуютно.

Всякий, кто смотрит по сторонам, чтобы достичь гармонии, – идиот или серьёзно болен.

Воинственность помогает делать кино. Так же, как паранойя, боязнь провала и навязчивое желание всем нравиться.

Достаточно иметь страсть и любую сраную идею, чтобы люди пошли за тобой. Потому что им нужно за кем-то следовать.

Режиссура – это работа. Клёвые мелочи вроде придумывания кадров занимают один процент времени. Остальные 99% – это попытки собрать всё вместе, когда всюду вокруг долбаный хаос, и чинить поломки приходится собственным дерьмом. Работа режиссёра – сохранять убеждение, что результат стоит тех денег, крови и пота, которые на него потрачены.

Киносъёмки легче всего описать так: ты пишешь акварелью что-то, расположенное в трёх кварталах от тебя, глядя через телескоп, сорок человек держат кисть, и ты командуешь ими с помощью рации.

© Дэвид Финчер, кинорежиссер, 46 лет, Голливуд. Esquire, февраль 2009.


@темы: esquire, Дэвид Финчер

19:46 

В 10 лет я ехала в поезде, и мне пришло в голову, что ни один сосед по вагону не догадывается, какая же я жалкая личность на самом деле. Это было настоящее откровение: то, что ты показываешь окружающим, совсем не обязательно чувствовать.

Я всегда знала, что не красива. Это большое преимущество. Все мои красивые друзья рано или поздно пустили свою внешность в оборот. Я не только про секс. Они все время помнят, что у них светлые волосы, голубые глаза, пухлые губы, и они должны вести себя соответственно. Это большое давление, которого я была лишена. Меня не воспринимали как девочку, а я себя ею и не считала. Я отключила в себе сексуальность и находила это очень комфортным.

Я все могу простить родителям, кроме частной школы. Там нам не разрешали слушать музыку. По этой причине я не люблю Гарри Поттера. В нем фетишизируются частные школы.

Нам постоянно твердят, что алкоголики безнадежны. Большинство по-настоящему интересных, энергичных и живых людей, которых я встречала, были алкоголиками.

Однажды я попробовала экстази, лет двадцать назад, в Нью-Йорке, и четыре дня просидела молча в углу.

Я тихий человек. Я счастливее, когда молчу.

На оскаровскую церемонию я поехала как турист. Представьте себе, вы достали билеты на финал Уимблдона, уселись на трибуне, а вас вызывают и дают ракетку. Меня охватил ужас, когда назвали мое имя. Стоять на сцене перед тремя миллиардами зрителей — это травма. Лучше бы они выслали приз почтой.

«Оскар» почти ничего не значит для моих домочадцев. Они даже не узнали его, поскольку не смотрят телевизора. Они были настолько же заинтересованы, как если бы я пришла домой с огурцом, положила его на стол и сказала: «Смотрите, что у меня есть!» я снималась только в экспериментальных фильмах, даже если некоторые из них стоили сотни миллионов долларов. Люди, с которыми я работала, это понимали, а те, кто не понимают, ко мне даже не приближаются. Один агент говорил мне: «Тильда, когда же ты снимешься в чем-нибудь, что тебе не нравится, — для разнообразия».

Мой любимый киноперсонаж — ослик из фильма «Наудачу, Бальтазар» (фильм Робера Брессона 1966 года. — Esquire). Совершенно серьезно. То ли потому, что он великолепно играет, то ли просто потому, что он ослик. Я себя с ним отождествляю. В этом, по-моему, и состоит функция актера, чтобы зрители себя на него проецировали. Уж точно не в том, чтобы играть.

Ко мне то и дело обращаются «сэр», в лифтах или на улице. Наверное потому, что я длинная и не злоупотребляю губной помадой. Однажды я проходила таможенный контроль в аэропорту, и меня досматривал таможенник-мужчина.

По-моему, сомнение делает нас людьми. Без сомнения даже праведник потеряет не только чувство реальности, но и чувство самого себя. В отсутствии сомнения есть что-то безумное.

В возрасте Киры Найтли я не высовывалась. Избегала главных и романтических ролей. Мне ужасно хотелось стать сорокалетней. Может, это и к лучшему, что я не светилась на радарах и не успела всем до смерти надоесть.

Я рада, что помогла старичку Уолту Д. (Диснею. — Esquire) собрать больше 700 миллионов долларов (за фильм «Хроники Нарнии». — Esquire). Возможно, это самая дорогая реклама моим прежним экспериментальным фильмам, которую можно было себе вообразить. Кроме того, я верю в послание Нарнии. В моей вселенной Бобры умеют разговаривать.

На работе я настоящий солдат. Только шансы выжить у меня повыше.

Я стараюсь вписать Джорджа Клуни в каждый свой новый контракт. Это непросто, но я прилагаю все усилия. В утешение мне подсовывают Брэда Питта. Мы с Джорджем надеемся когда-нибудь обменяться в кино хотя бы парой добрых слов.

Мы привыкли к сюжетам, которые длятся тридцать минут, включая рекламу, стоит ли удивляться, что мы не готовы ждать развязку больше 90 минут, включая попкорн.

Я воюю за документальность. За небеленное лицо и неровную походку. За эмоционально достоверную семейную сцену. За мучительный подбор слов. За открытую, а может, несчастную концовку. За слезающий с пятки ботинок, и движение ступни, чтобы его поправить. За разбитое яйцо и разлитое молоко. За идею косноязычия. За пространство кино, в котором не происходит ничего, но все возможно.

Я слишком серьезна, чтобы быть дилетантом, а чтобы быть профессионалом, мне не хватает квалификации.

Я очень смешная — просто никто этого не замечает. Всех пугают длинные люди с серьезными лицами.

Три вещи могут вытащить меня из постели: мои дети, фильм, в котором я снимаюсь, и фильм, который я хочу посмотреть. Я очень ленива.

Я выгляжу в точности как мой отец, если побреется. Еще я похожа на Дэвида Боуи. Не только внешне, но и неопределенностью пола.

Я никогда не рассчитывала, что меня поймут.

© Тильда Суинтон, актриса, 48 лет, Нэрн, Шотландия. Esquire, февраль 2009


@темы: esquire, Тильда Суинтон

17:20 

Иногда задают кошмарные вопросы. Меня один друг, не актер, спросил: «Когда вы на сцене кушаете — вы за это платите или нет»?
*
Люблю Роберта Де Ниро — у него глаза всегда меняются. Мы с Папановым работали за рубежом, платили нам мало, поэтому мы ели консервы. Однажды он мне сказал: «Если ты думаешь, что эти консервы не отражаются в наших глазах, — ты ошибаешься».
*
Главное, чем мы живем, — это страх. Страх быть непонятым, страх, что о тебе плохо подумают.
*
Современное кино меня не интересует. Если и играю сейчас — то всякую мелочевку: дядю Петю или дядю Васю.
*
Мне один человек очень хорошо сказал про живопись: вот если тебе туда очень хочется — то это и есть хорошая живопись. То же самое и с музыкой, и со всем остальным.
*
Смотрю на фотографию, где мне пятьдесят с чем-то, и думаю: «Какой молоденький!».
© Армен Джигарханян, актер, 70 лет, Esquire, июнь 2006


@темы: esquire, Армен Джигарханян

17:10 

Обычно перед началом интервью спрашиваю: вам нужен интересный материал или правдивая история?
*
Что я могу сказать: перед вами человек, который узнал о гибели своего отца, сидя в полицейском отделении города Мельбурна. куда был доставлен по подозрению в краже со взломом.
*
Я убежден, что Америка так или иначе ответственна за все самые страшные трагедии последнего времени. С другой стороны, я понимаю, что именно оттуда пришли многие великие культурные явления. Поэтому Америка для меня как Библия: в ней есть истории ужаса, а есть истории любви.
*
Я не могу и не хочу притворяться обычным человеком, как это делают многие рок-звезды. Сама идея того, что богатые музыканты изо всех сил пытаются доказать, что они просто обычные люди, вызывает у меня падучую. Это очень болезненная штука: доказывать, что ты такой же, как все, будучи внутри надменным и горделивым. Поэтому я и не играю в обычного человека и не пишу для обычных людей песен.
*
Многие люди считают. что то, как я создаю песни - это злая насмешка над творческим процессом. Таким мудакам я всегда говорю:" Если ты хочешь написать что-то, ты должен просто сесть за стол и сделать это. Никакая, бля, гребаная фея-крестница ничего не принесет тебе с неба. пока ты гуляешь в поисках вдохновения по осеннему парку". А вообще, конечно, было бы классно, если бы ты мог прийти в магазин и купить себе 11 новых песен, две из которых - это стопроцентные хиты.
*
Бессонница - лучший наркотик для творчества.
*
Многие люди говорят: "Из своего наркотического опыта я вынес одну ведь". И несут дальше какую-то чушь. Я вынес две вещи: я понял, что меня не так0то просто перешибить даже самым адским коктейлем и что единственное, что ты должен уметь - это контролировать то, что загоняешь в свое тело.
*
Я жрал наркотики просто потому, что они заставляли меня чувствовать происходящее лучше.
*
Мне нравится думать, что я могу делать со своей жизнью все, что мне только взбредет в голову.
*
Наверное, больше всего в жизни меня огорчают мои дети. Я поражаюсь, какими жестокими они могут быть, как и все дети, наверное.
*
Рок-звезда должна хотя бы стараться быть честной. Ведь попытки тоже засчитываются.
*
Если я налью вам чаю, вы сможете всем говорить, что чай вам наливал сам Ник Кейв. Но делать этого не нужно. К тому же я, скорее всего, туда плюнул.
*
Меня угнетает тот факт, что большинство людей полагает, будто Господь существует, чтобы служить им и всячески помогать. Для них Господь - это мальчик0портье из космоса, которого можно позвать в любой момент когда он тебе потребуется. Почему-то они никак не могут понять, что Господь существует затем, чтобы давать нам возможность и силы разобраться в наших делах самим.
*
Меня восхищает жестокость Ветхого Завета.
*
Гуманизм современного общества потрясающе несправедлив и избирателен: для того, чтобы покончить с одними видами насилия, люди охотно используют другие.
8
Сломать пианино сложнее, чем сломать гитару. Зато пианино дольше горит.
*
Рок-н-ролл живет мифами и избегает правды. Кто-нибудь хочется знать гребаную правду о Джимми Хендриксе? Ни хера, все хотят миф. Все хотят верить в то, что когда он садился на самолет до Англии, у него с собой была только электрогитара, крем от прыщей и пакет розовых бигуди.
*
Кто-то сказал мне:"Чем старше ты становишься, тем меньше в твоей голове остается мыслей, а когда тебе исполнится 65, у тебя в голове будет только секс и смерть". В этом смысле я чувствую себя так, будто я подошел к 65-летию максимально близко.
*
То, что дается тебе легче всего, когда-нибудь точно вгонит тебя в гроб.
*
Послушайте, наконец, Бетховена.
© Ник Рейв, музыкант, 51 год, Esquire, май 2009


@темы: esquire, Ник Рейв

16:45 

Мой отец был гениальным менеджером. А я хотел, чтобы он просто был отцом.
*
Я думал о структуре музыкального произведения с детства. Пожалуй, самое большое влияние на меня оказал Петр Чайковский. Если вы возьмете «Щелкунчика», то увидите, что каждая мелодия там — это хит, все до единой. И я подумал: «А почему в поп-музыке не может быть такого альбома, где каждая песня — это хит?»
*
Почему вы не говорите людям, что я пришелец с Марса? Напишите, что я пожираю живых куриц и каждый вечер устраиваю ритуал вуду. Люди поверят всему, что вы скажете, потому что вы — журналисты. Но если я, Майкл Джексон, скажу: «Я — пришелец с Марса, пожираю куриц живьем, и каждый вечер у меня танец вуду», люди скажут: «Черт, этот Майкл Джексон безумец. Он совсем спятил. Теперь вообще ни одному его слову нельзя верить».
*
Если бы все те обитатели Голливуда, кто перенес пластическую операцию, решили бы в один момент уехать на каникулы, в городе не осталось бы ни одной живой души.
*
Людям кажется, что они знают меня, а мне кажется, что они ошибаются.
*
Я всегда хотел немного внимания.
*
Если, приходя в этот мир, ты чувствуешь, что любим, и, покидая его, ты чувствуешь то же самое, то все, что произойдет между этими двумя событиями, поправимо.
© Майкл Джексон, музыкант, скончался в возрасте 50-ти лет, Esquire, сентябрь 2009


@темы: esquire, Майкл Джексон

16:42 

Вы никогда не узнаете про меня всей правды. Это не нужно ни вам, ни мне.
*
Кажется, я впервые задумался об актерском мастерстве в восемь лет, когда на утреннике играл жопу дракона. Дракон был длинный, и нас было двое — я и еще один парень. Ему достались голова и все родительские аплодисменты. А я сидел в жопе и думал: «Так вот что такое быть актером».
*
Кто-то считает меня секс-символом, кто-то считает меня седым пердуном, а мне самому не хочется разубеждать ни тех, ни других.
*
Мне не нравится титул «самый сексуальный мужчина из ныне живущих». Потому что он косвенно предполагает наличие сексуальных мертвецов.
*
Можно быть грустным. Или злым. Или раздавленным. Или безумным. И каждый раз можно найти для себя оправдание. Но нельзя быть скучным. Потому что для тех, кто скучен, не существует никаких оправданий.
*
Актер — это сырое мясо, огонь под которым разводит режиссер.
*
Что касается религии, то мой ответ будет таким же, как строка из «Листьев травы» Уолта Уитмена (американский поэт XIX века, основоположник верлибра. — Esquire): «В каждой вещи я вижу Бога, но совсем не понимаю его».
*
Смерть — это не страшно. Скорее, не очень честно.
*
Для меня страх смерти — это не страх небытия. Это страх того, что я не успею прочитать все хорошие книги, увидеть все хорошие пьесы, посмотреть все хорошие фильмы и побывать во всех интересных местах.
*
Люблю жить в лесу. Людей не видно, а это главное.
*
Работа и заработок сегодня воспринимаются слишком серьезно. Думаю, практически никто уже не может сказать: «Знаете, я сейчас посередине отличной книги, так что давайте перенесем встречу на завтра». Вот что хреново.
*
Денег должно хватать на еду, детей и путешествия. А все остальное — это уже лишние деньги.
*
Черт, а ведь я не играл в театре уже больше 20 лет. Вот что действительно страшно.
*
Пожалуй, я не сыграл ни в одной комедии. Думаю, это замкнутый круг: мне не предлагают комедии, потому что я себя в них не зарекомендовал. А я себя в них не зарекомендовал, потому что мне их никогда не предлагали.
*
Я вот что думаю: не можешь сделать по-честному — вообще не берись.
*
В мире нет более воодушевляющей вещи, чем риск.
*
Мне жалко, что люди забыли простую истину: в твоем последнем костюме не будет карманов.
*
В детстве я хотел быть викингом.
© Вигго Мортенсен, актер, 50 лет, Esquire, сентябрь 2009.


@темы: esquire, Вигго Мортенсен

16:37 

Я слишком высокая, чтобы считаться девушкой, у меня недостаточно нарядов, чтобы быть леди, и я бы никогда не назвала себя женщиной. Я что-то среднее между теткой и телкой.
*
Очень часто ты вживаешься в роли настолько, что даже выходя с площадки, не перестаешь жить своей ролью. Ты приходишь в кафе, садишься за столик. и тебя не несут кофе целую вечность, а тебе срочно необходим чертов кофеин и все такое. И вот ты останавливаешь официанта и неожиданно для самой себя вместо обычно "Простите, а вы не забыли про мой заказ?" вдруг говоришь: "Ну и где мой долбаный капучино? Вы тут все охренели что ли? Мне, бля, ждать своего кофе до второго пришествия? Или вы бережете меня, потому что думаете, что кофе сделает меня такой же уродливой, как вы?"
*
В тот момент, когда вдруг я стала получать много денег, в моей жизни не изменилось ничего. Кроме того, что все вокруг стали спрашивать, что изменилось в моей жизни после того, как я стала больше зарабатывать.
*
Я никогда не буду сниматься обнаженной. Показаться перед зрителями в одежде - это художественное представление, показаться голой - это документальное кино. К тому же я не хочу, чтобы мой учитель алгебры знал, как выглядит моя жопа.
*
У того, кто не любит смеяться, на большом пальце, как правило, болтается бирка из морга.
*
Когда у меня есть выбор между нормой и безумием, я выбираю безумие.
© Джулия Робертс, актриса, 41 год, Esquire, апрель 2009.


@темы: esquire, Джулия Робертс

23:42 

Я отлично дою коров. У нас в деревне была корова Музя, которая всегда ждала, когда я встану спину размять, чтобы задней ногой полное ведро молока выбить. Но это она не со зла - просто немного вредная была.
*
Я понял, что стал взрослым человеком, только тогда, когда не стало мамы.
*
Однажды я чуть было не купил мотороллер. Но меня дружок отговорил. Говорит: "Зачем он тебе нужен?" Я говорю: "Представь себе: кругом пробки, а я спокойно еду в театр". "А он говорит: "Ага, а вся Москва кричит: посмотрите - вон Маковецкий в театр поехал"."
*
Просто в метро все слишком мрачно. Когда люди заходят в подземелье, у них и лица становятся подземельные.
*
Беда России в том, что у нас нет среднего уровня. Чуть что – гениально, звезда! А вот если бы существовал крепкий средний уровень, было бы легко понять, что выше среднего уровня, а что ниже. Что произведение искусства, а что – просто так.
*
Когда я на сцене, я вижу всю публику. В молодости я думал, что надо пытаться пробить всех, но теперь понимаю, это ошибка. Того, кому жена сказала "пошли в театр, всё уплочено", никогда не пробить.
*
Я не боюсь старости. Её незачем бояться. Нужно лишь понять, как её встречать.
© Сергей Маковецкий, Esquire, сентябрь 2009.


@темы: esquire, Сергей Маковецкий

люди говорят

главная